Эберхард: Да ну, ладно (смеется). И мои иные читатели думают, что я хочу возврата к военному воспитанию, обратно к телесным наказаниям. Я никогда не писал подобного. Я никогда не бил детей.
«Цайт»: В Германии сейчас много дискутируют о высказывании Папы римского о приемлемости легких шлепков как метода воспитания. В своей книге Вы пишете, что нет никаких доказательств тому, что воспитанным в строгости детям, включая тех, кто подвергался побоям, хуже потом живется. Насколько близки Вы к мнению Папы?
Эберхард: В этом вопросе совершенно не согласен с ним. У меня речь идет о том, что для детей важно, чтобы они были воспитаны так, чтобы соответствовать ценностям и нормам общества, в котором живут. Для детей, выросших в обществе, где такие удары приняты за норму, их это не столь [душевно] травмирует. Но родители на Западе боятся сейчас всего, полагая, что даже малейшая критика может травмировать ребенка. Они больше не считают нужным сказать дочери в пубертатном периоде: не ешь так много шоколада, иначе растолстеешь, — потому что боятся, что девочка тут же ударится в другую крайность вплоть до анорексии. При этом мы вполне можем что-то требовать от детей, они выдержат это. Не стоит обращаться с ними, как с фарфоровыми куклами.
Эберхард подробно разбирается в книге со страхами родителей. Хотя сегодня вряд ли существуют серьезные опасности для молодых семей, возникают все новые и новые страхи. Эберхард на многих примерах показывает противоречия современных родителей. Он провоцирует их, хочет побудить их задуматься над своим поведением. Свои выводы он берет из многих международных исследований. К примеру, чтобы усилить жизнестойкость детей, говорит Эберхард, нужно с малых лет учить их справляться с неприятностями.
«Цайт»: Откуда берется страх причинить ребенку вред воспитанием и строгостью?
Эберхард: У меня такое впечатление, что родители этим обязаны специалистам.
«Цайт»: … то есть людям вроде Вас?
Эберхард: Я говорю родителям, что они не должны читать слишком много разных советчиков.
«Цайт»: Только лишь Вашу книгу, этого достаточно.
Эберхард: Меня можно упрекнуть в этом. Но, к примеру, Джон Боулби, теория привязанности которого считается не вызывающей сомнений, зачастую интерпретируется специалистами слишком вольно. Это приводит к тому, что родители думают, что навредят детям, если слишком рано отдадут их в ясли, где те будут проводить больше времени с воспитательницей, чем с матерью. Но мне не доводилось видеть еще ни одного ребенка, который был бы больше привязан к воспитательнице, чем к матери.
«Цайт»: Датчанин Йеспер Йуул собирает в Германии целые залы на свои доклады о аутентичности и партнерском обращении с ребенком.
Эберхард: Ох, если бы я захотел, то скоро было бы также и со мной!
«Цайт»: Как Вы объясняете успех Йуула?
Эберхард: Он появился в подходящий момент и направился прямиком в этот воспитательский вакуум. Авторитарного воспитания уже не хочет никто, равно как и аналога «невидимой руки рынка», которая сама воспитает ребенка. Собственных родителей не хочет слушать никто, а полагаться лишь на интуицию кажется черезчур легкомысленным. Йеспер Йуул говорит очень простые вещи. Иные — разумные, остальные не очень. Его первая книга «Компетентный ребенок» обошлась без единой рекомендации, родителям это было безразлично. И вдруг все заговорили о том, что ребенка нельзя не только наказывать, но и хвалить.
«Цайт»: Нельзя хвалить?
Эберхард: Да, и такое говорит не только Йуул. Если моя дочь хочет показать мне свой рисунок, то максимум, что я могу, так это сказать: О, рисунок! Как интересно! Ты стала счастливой, рисуя картинку? Но это же неправильная коммуникация, я не такой, почему я должен притворяться? Родители должны точно подбирать каждое слово, прежде чем произносить его ребенку. Лишь бы не пристыдить его, не лишить уверенности в себе или подвергнуть гнету конкуренции. Проблема с экспертами в их морализаторстве. Они говорят родителям, что делать, а что нет. Родители в поисках ориентиров впитывают догмы и идеологии, от которых не так то просто потом избавиться.
Эберхард жестко судит о специалистах в области воспитания, хотя и не говорит, что родители не могут что-то почерпнуть у них. Экспертные знания слишком часто основываются на собственных воззрениях и здравом смысле, то есть вещах, которые родители могут постичь сами. Важно то, что в собственном доме никто не может быть экспертом. Первоклассными специалистами являются лишь родители без детей.
«Цайт»: Немецкие родители мечтают о Бюллербю или Лённеберги.
Эберхард: Да и шведы все еще влюблены до безумия в истории Астрид Линдгрен и все эти идиллические картины. Но подумайте над тем, как выросли дети в этих книгах. Они целый день бродят туда-сюда, без присмотра, без шлемов и шляп от солнца. Михель привязал свою маленькую сестренку Иду на верхушке флагштока. А Лотта с улицы Крахмахер каталась с братьями-сестрами на крыше Фольксвагена-«жука». Теперь это все стало совершенно немыслимо. Сегодня родители и ведомство по делам несовершеннолетних (Югендамт) взаимно держат друг друга на мушке. В детском саду моего сына все дети должны носить шлемы уже при катании на санках!