Вирус цифрового слабоумия (Всем родителям на заметку!)

Сегодня весь мир помешался на гаджетах: смартфонах, планшетах и прочей цифровой технике. Вместе с ними в мир проникает вирус цифрового слабоумия. И это не шутка, это диагноз. В 2007 году специалисты заметили, что с каждым годом все больше детей — представителей цифрового поколения страдают расстройством внимания, потерей памяти, низким уровнем самоконтроля, когнитивными нарушениями, подавленностью и депрессией.

Исследования показывают, что в мозгу представителей цифрового поколения наблюдаются изменения, похожие на те, что появляются после черепно-мозговой травмы или на ранней стадии деменции — слабоумия, которое обычно развивается в старческом возрасте.

В это сложно поверить, но среднестатистический семилетний европеец уже провел у экранов больше года своей жизни (по 24 часа в сутки), а 18-летний — больше четырех лет!

Хочешь сказать, что сейчас совсем другие дети? Да, дети другие, но мозг у них такой же, что был у человека тысячу лет назад, — 100 миллиардов нейронов, каждый из которых связан с десятью тысячами себе подобных.

Мозг нужно развивать и кормить. Все наши мысли, действия, решения сложных задач и глубокие размышления оставляют след в нашем мозгу.«Ничто не может заменить того, что дети получают от собственного, свободного и независимого мышления, когда они исследуют физический мир и сталкиваются с чем-то новым», — утверждает британский профессор психологии Таня Бирон.

Ты будешь шокирован, но с 1970 года радиус активности детей (пространства вокруг дома, в котором дети свободно исследуют окружающий мир) сократился на 90%! Мир сжался до экрана смартфона. Дети забыли и, что еще хуже, просто не знают, каково это — бегать под дождем, пускать кораблики, лазать по деревьям или просто болтать друг с другом. Они часами сидят, уткнувшись в свой смартфон. А ведь им необходимо развивать свои мышцы, знать о рисках, которые приготовил для них мир, и просто взаимодействовать со своими друзьями. «Удивительно, как быстро сформировался совершенно новый тип среды, где вкус, обоняние и осязание не стимулируются, где большую часть времени мы сидим у экранов, а не гуляем на свежем воздухе и не проводим время в разговорах лицом к лицу», — говорит Сьюзен Гринфилд. Нам определенно есть о чём волноваться.

Мозг формируется, когда есть внешние стимулы и чем больше их будет — тем лучше для мозга. Поэтому очень важно, чтобы дети исследовали мир физически, но не виртуально. Это нужно растущему мозгу, как и тысячу лет назад.

Также ребенку нужен здоровый и полноценный сон. Но современные дети не способны выйти из Интернета и оторваться от компьютерных игр. Это сильно сокращает длительность их сна и ведет к нарушениям. Какое может быть развитие, когда ты уставший и у тебя болит голова, а школьные задания никак не лезут в голову?!

Ты спросишь, как же цифровые технологии могут изменить мозг ребенка? Во-первых, количество внешних стимулов ограничивается из-за однообразного времяпровождения в Интернете. Ребенок не получает необходимого ему опыта, чтобы развить достаточно важные участки мозга, которые отвечают за сопереживание, самоконтроль, принятие решений… А то, что не работает, отмирает. Ведь у человека, который перестал ходить, атрофируются ноги? Дети не привыкли запоминать информацию — им проще найти ее в поисковых системах. Вот тебе и проблемы с памятью. Они ее совершенно не тренируют.

Думаешь, что дети стали намного умнее благодаря Интернету? А знаешь ли ты, что нынешние одиннадцатилетние выполняют задания на таком уровне, который демонстрировали восьми- или девятилетние дети 30 лет назад. Исследователи отмечают, что одной из основных причин этого является жизнь в виртуальном мире.

«Я опасаюсь, что цифровые технологии инфантилизируют мозг, превращая его в подобие мозга маленьких детей, которых привлекают жужжащие звуки и яркий свет, которые не могут концентрировать внимание и живут настоящим моментом», — говорит Сьюзен Гринфилд.

Но ты еще можешь спасти своих детей! Достаточно просто ограничить время пользования всевозможными гаджетами. Ты будешь удивлен, но Стив Джобс, гуру цифровой индустрии, именно так и делал. Его дети не пользовались айпадом вообще, а другие гаджеты им запрещалось использовать по ночам и в выходные дни.

Крис Андерсон, главный редактор американского журнала «Wired», один из основателей 3D Robotics, также ограничивает своих детей в использовании гаджетов. Правило Андерсона — никаких экранов и гаджетов в спальне! «Я, как никто другой, вижу опасность в чрезмерном увлечении Интернетом. Я сам столкнулся с этой проблемой и не хочу, чтобы эти же проблемы были у моих детей».

Сыновья создателя сервисов Blogger и Twitter могут пользоваться своими планшетами и смартфонами не больше 1 часа в день, а директор OutCast Agency, ограничивает использование гаджетов в доме 30 минутами в день. Его младшие дети совсем не имеют гаджетов.

Вот тебе и ответ на вопрос «что нужно делать?». Позаботься о подрастающем поколении. Подумай, какое будущее их ждет через 10-20 лет, если они сегодня проводят полдня перед экранами своим суперсовременных гаджетов.

Источник

Наушник, который способен переводить речь иностранцев — путешествовать стало легче

Большинство из нас как минимум раз в жизни бывали в неловкой ситуации, когда им приходилось изъясняться на иностранном языке. Иногда это забавно. А иногда жутко неудобно. А иногда незнание языка может стать катастрофой.

Слава Богу, технологии не стоят на месте. В конце прошлого года в мире началась продажа устройства, которое нужно поместить прямо в ухо — и оно начинает нашептывать вам перевод того, что говорит собеседник-иностранец.

В общем, изучение иностранных языков может уже совсем скоро стать занятием из прошлого.

Девайc получил название The Pilot, а его разработчик — Waverly Labs. Идея проста, а устройство невероятно новаторское. Оно может одновременно слушать вашего собеседника, распознавать его речь, переводить ее на лету и надиктовывать вам.

И в любой момент можно переключиться между языками! В настоящий момент оно знает английский, французский, испанский, португальский и итальянский.

Предзаказы на The Pilot начались в сентябре 2017, по $129 за комплект. И сумма предзаказов быстро достигла $3 миллионов! А к началу этого года составила и вовсе $4 миллиона – когда количество заказанных комплектов Pilot от Waverly Labs превысило 18 тысяч.

Сейчас его можно заказать здесь — но уже по $249, а то и все $299.

Или вы можете просто продолжать разговаривать на английском громко, медленно и стесняясь! Удачи вам!

Гаджет состоит из двух наушников, которые легко помещаются в любое ухо.

Можно в реальном времени переводить с французского, испанского, итальянского и английского.

Русского в числе поддерживаемых языков нет. Пока.

Помните, такая же штука — только называлась она Babelfish — была в фильме «Автостопом по галактике»?

Чтобы быстро переключаться между языками, есть специальное приложение для смартфона.

Автор разработки говорит, что придумал ее после того, как стал встречаться с девушкой-француженкой.

Свою историю он рассказал в этом ролике (на английском, короткая версия с русскими субтитрами здесь). Девушка тут тоже есть.

А вы уже купили? Или будете по старинке учить язык?

 

Источник

 

Доктор Николас Кардарас: дети и смартфоны. Все хуже, чем нам кажется

Доктор Николас Кардарас — исполнительный директор The Dunes East Hampton, одного из крупнейших центров реабилитации США и бывший клинический профессор Stony Brook Medicine, написал книгу «Светящиеся дети: как зависимость от экранов похищает наших детей — и как преодолеть транс».

Это «цифровой героин»: как экраны превращают детей в психопатов-наркоманов
Сьюзен купила своему 6-летнему сыну Джону IPad когда он пошёл в первый класс.

«Я подумала: почему бы ему не начать осваивать подобные вещи?», — рассказывала она мне в ходе сеанса терапии. В школе Джона начинают использовать различные девайсы со всё более младших классов — и их учитель технологии большой поклонник той пользы, которую они дают образованию — так что Сьюзен хотела самого лучшего для своего мальчишки с волосами песочного цвета, который любил чтение и игру в бейсбол.

Она начала позволять Джону играть в различные обучающие игры на его планшете. В конце концов он открыл для себя Minecraft, который его учитель технологии отрекомендовал как «что-то вроде электронного Lego». Вспоминая, как много веселья у неё было во время игры с этими пластиковыми блоками, Сьюзен разрешила сыну проводить за Minecraft свободное время.

Сначала женщина в целом была довольна. Джон, казалось, был погружён в креативную игру в то время как он исследовал кубический мир Minecraft. Она заметила, что программа не очень похожа на Lego, которое она помнила — в конце концов, в её любимой игре не приходилось убивать животных и искать редкие минералы для того чтобы выжить и достигнуть нового уровня. Но Джон реально нравилось играть и в школе даже был клуб Minecraft, поэтому что в нём может быть плохого?

Сьюзен не отрицает, что видела изменения в Джоне. Он стал всё больше и больше фокусироваться на этой игре, потерял интерес к бейсболу и чтению, а также отказывался выполнять свои домашние обязанности. Иногда по утрам он мог встать и рассказать ей, что видел кубические формы в своих снах.

Несмотря на то, что это насторожило её, она думала, что её сын просто имеет богатое воображение. Когда его поведение начало ухудшаться, она пыталась забрать у него игру, но Джон в ответ закатывал истерики. Они были столь серьёзны, что она сдавалась, снова и снова объясняя себе, что это «обучающая игра».

А затем, одной ночью, она обнаружила, что кое-что всерьёз идёт не так.
«Я пришла в его комнату чтобы проверить как он там. Он должен был уже спать — и я по-настоящему испугалась…»

Она обнаружила его в кровати с открытыми и налитыми кровью глазами, которыми он смотрел на ярко светящийся экран IPad, находившийся рядом с ним. Он выглядел так, как будто бы был в трансе.

Впав в панику, Сьюзен стала трясти его, пытаясь вывести из этого состояния. Обезумев, она не могла понять как её когда-то здоровый и счастливый маленький сын стал столь зависим от игры, от которой впал в кататонический ступор.

Сегодня мы знаем, что планшеты, смартфоны и приставки — форма цифрового наркотика.

Подобные случаи — причина беспокойства для интересующихся техникой родителей, технических дизайнеров и инженеров.

Общеизвестно, что Стив Джобс не позволял своим детям пользоваться подобной техникой. Руководители компаний и инженеры Силиконовой Долины отправляют своих детей учиться в школы Уолдорфа, где нет техники. Основатели Google Сергей Брин и Ларри Пейдж выбрали школы без техники Монтессори, так же как создатель Amazon Джефф Безос и основатель Википедии Джимми Уэллс.

Многие родители интуитивно понимают, что эти вездесущие мерцающие экраны плохо воздействуют на детей. Мы можем наблюдать агрессивные истерики в те моменты когда девайсы изымаются, блуждающее внимание, когда дети не испытывают стимуляции от их гипервозбуждающих девайсов.

Что ещё хуже, мы видим детей, которые скучают, апатичны и ничем не интересуются когда они «не подключены».

Но дела ещё хуже, чем мы думаем.

Сегодня мы знаем, что планшеты, смартфоны и приставки — форма цифрового наркотика. Недавнее исследование обнаружило, что они также влияют на кору головного мозга, отвечающую за исполнительное функционирование, в том числе и за импульсный контроль – так же, как и кокаин.

Технологии оказывают настолько возбуждающее действие, что повышают уровень дофамина — нейромедиатора, который обеспечивает ощущение удовольствия и наиболее вовлечён в динамику аддиктивности — также как и секс.

Это аддиктивный эффект — причина, по которой доктор Питер Уайброу, директор факультета нейробиологии Калифорнийского университета, назвал экраны «электронным кокаином», а китайские исследователи — «цифровым героином».

Фактически, Доктор Эндрю Доан, руководитель отдела исследований зависимостей Пентагона и ВМС США, который исследует зависимость от видеоигр, назвал игры и экранные технологии «цифровой фармакеей» (греческое название наркотиков — прим. автора).

Это так — мозг вашего ребёнка, играющего в Minecraft выглядит таким образом, как будто находится под действием наркотиков.

 

Неудивительно, что нам так сложно оторвать детей от экранов и объяснить им, что время пользования гаджетами закончилось. В дополнение к этому, сотни клинических исследований демонстрируют, что экраны увеличивают депрессию, беспокойство и агрессию и даже могут привести к психотическим последствиям, при которых видеогеймер теряет связь с реальностью.

В ходе моей клинической работы с более чем 1000 подростков за последние 15 лет, я обнаружил, что старая аксиома «капля профилактики стоит фунта лекарства», особенно верна, когда речь идёт о техноаддикции.

Когда ребёнок пересекает черту настоящей зависимости, лечение может быть очень сложным. В самом деле, я обнаружил, что легче лечить героиновых и метамфетаминовых наркоманов, чем потерянных в матрице видеогеймеров или зависимых от фейсбука и других социальных медиа.

Согласно данным 2013 года Американской Академии Педиатрии, дети 8-10 лет тратят 8 часов в день на взаимодействие с различными цифровыми медиа, в то время как тинэйджеры проводят 11 часов перед экранами.

Один из трех детей начинает использовать планшеты или смартфоны до того, как начинает говорить. Между тем, справочник «Интернет-зависимость» доктора Кимберли Янг утверждает, что 18% интернет-пользователей возраста колледжа в США страдают от технозависимости.

Когда человек пересекает черту полной зависимости — от наркотиков, техники или чего-то другого — ему требуется очистка, дабы любой другой вид терапии мог быть эффективен.

В случае техники это означает полную цифровую очистку — нет компьютерам, смартфонам, планшетам.

Экстремальная цифровая очистка даже исключает использование телевизора. Предписанное время — от 4 до 6 недель, именно столько обычно требуется, чтобы перевозбуждённая нервная система перезапустила себя.

Но это непростая задача в нашем текущем технологичном обществе, в котором экраны встречаются везде. Персона может жить без наркотиков или алкоголя, однако в случае технозависимости цифровые соблазны находятся везде вокруг нас.

Так как же нам уберечь детей от пересечения этой черты? Это непросто.
Ключ в том, чтобы не допустить помешательства ваших 4-, 5- или 8-летних детей на экранах.

Это значит Lego вместо Minecraft, книги вместо IPad, природа и спорт вместо ТВ. Если нужно, то потребуйте, чтобы в школе вашему ребёнку не давали планшет или Chromebook до тех пор, пока он не достигнет возраста хотя бы 10 лет (другие рекомендуют 12).

Честно беседуйте со своим ребёнком о том почему вы ограничиваете их доступ к экранам. Обедайте со своими детьми без всяких электронных устройств на столе — также, как Стив Джобс устраивал свободные от техники обеды со своими детьми. Не становитесь жертвами «синдрома расстроенного родителя» — как мы знаем из Теории социального обучения, «Обезьяна видит, обезьяна делает».

Когда я беседовал с моими 9-летними сыновьями-близнецами, я честно объяснил им, почему мы не разрешаем им иметь планшеты или играть в видеоигры. Я рассказал, что некоторые дети любят играть со своими девайсами так сильно, что им сложно остановиться или контролировать то как много они играют.

Я помог им понять, что если они попадут в ловушку экранов и Minecraft, как некоторые их друзья, другие части их жизни могут пострадать: они могут не захотеть играть в бейсбол, читать книги, будут меньше интересоваться наукой и природными проектами, меньше общаться с друзьями в реальном мире.

Удивительно, однако, их не пришлось слишком много убеждать, так как они сами видели те изменения, которые происходят с некоторыми из их маленьких друзей из-за чрезмерного времени, проведённого за экраном.

Психологи, занимающиеся развитием, понимают, что здоровье детей включает в себя социальные связи, творческие игры, развивающие воображение и взаимодействие с реальным миром природы. К сожалению, захватывающий и увлекательный мир экранов расхолаживает и тормозит эти процессы развития.

Мы также знаем, что дети больше склонны к аддиктивному эскапизму, если чувствуют себя одинокими, чужими, бесполезными и скучающими. Таким образом, лучшее решение этой проблемы — помощь детям в получении содержательного опыта в реальной жизни и живых отношений.

Ребёнок, увлечённый креативными активностями и привязанный к своей семье, имеет меньшую вероятность убежать в мир цифровых фантазий. Даже если у него самая лучшая и любвеобильная поддержка, малыш может попасть в Матрицу, когда взаимодействует с гипнотическими экранами и испытывают аддиктивный эффект. В конце концов, примерно один из 10 людей предрасположен к той или иной форме зависимости.
В конце концов, моя клиент Сьюзен удалила из жизни Джона планшет, но его восстановление было нелёгкой борьбой с большим количеством неудач и сложностей на пути.

Четырьмя годами позже, с помощью большой поддержки и восстановления, Джон чувствует себя сегодня гораздо лучше. Он научился использовать настольный компьютер здоровым образом и вернул некоторое чувство равновесия в свою жизнь: он играет в бейсбольной команде и имеет несколько близких друзей в средней школе.

Но его мать по-прежнему бдительна и остаётся позитивной упреждающей силой насчёт использования гаджетов, потому что, как и с любой зависимостью, рецидив может подкрасться в моменты слабости. Убеждённость в развитии его здоровых интересов, отсутствие компьютера в спальне и вечерний ужин без техники на столе — части решения.

источник